February 4, 2018

December 26, 2017

Please reload

Недавние статьи

о поколении

27/11/2016

 

Когда я училась, мы много говорили об «актере поколения», писали работы о «режиссере поколения», думали о том, что это за явление, что за опция. Сегодня я думаю о самой этой категории. Категории сейчас.

И я не могу найти не просто режиссера, или пусть – молодого режиссера с подобной перспективой, я не могу найти саму возможность его появления. Я НЕ ХОЧУ СКАЗАТЬ, что я не нахожу самого поколения – оно есть, я его вижу, мы все его видим. Более того – мы все видим друг друга. Но я не могу найти то, что раньше этим словом маркировалось. Поколение – как некий ряд людей, выращенных, как пел и поет Макаревич, «на одних букварях». Так вот буквари были у нас – не одни. У нас зачастую были разные страны, в них - разные условия, родители, разные улицы и города. Каждый взрослый человек в 90-е вынужден был интерпретировать происходящее сам. Этот каждый – был родитель, решивший завести ребенка еще в СССР. Или случайно родивший его в начале 90-х. Или специально смело родивший его в начале 90-х. Никто из них не имел понятия, что будет дальше. Каждый искал способы в этом «дальше» жить.

И каким будет режиссер поколения, если нет даже этой платформы у него за спиной: «я говорю от такого-то поколения». А сколько свободы, аргументов, сколько защиты, когда такое понимание есть!

«Почему ты так интерпретируешь классику? » – «Так видит мое поколение». Да и многие ответы на встречные вопросы «почему так или иначе» определяются именно этой оптикой. Которой нет, если ты не уверен в том, что то, что ты делаешь, будет нужно твоему поколению. Потому что ты не знаешь, на самом деле, кто эти люди.

Так вот я вижу задачу нашего поколения такой: узнать, кто эти люди. Узнать, кто эти «мы». И в интерпретации классики ли, в новой драматургии, музыке, фотографии, акции, короткометражном кино ли – узнать друг друга. И настаивать на свободе методов для этого узнавания. Потому что мы – сложные, и нам, возможно, непросто найти эти методы. Мы от чего-то откажемся, мы что-то приобретем и оставим это в своем инструментарии. Но мы это сделаем сами, и это будет – выбор нашего поколения.

Мы все росли в крайне сложное время, и не нам рассказывать об этом тем, кто это время видел. Наши родители, старшие друзья, и 80% процентов, как мы говорим «власти», управленческой части нашего общества - видели это время. А в каких-то моментах продолжают его наблюдать и сейчас.

Мы получили много травм. Мы не были защищены ни от насилия, ни от лжи, ни от мужчин, ни от женщин. Нам было небезопасно ходить по улицам, бизнес-вопросы наших родителей - их враги или они сами – решались через людей с автоматами. Но мы ходили по улицам. Нам негде было больше ходить.

Нам разрешили получить эти травмы, но не разрешают говорить о них? В моем поколении не могло и не может не быть людей, прошедших через насилие, извращения – в смыслообразующих масштабах. Я хочу, чтобы вокруг меня были здоровые люди. А значит, мы должны разрешить друг другу смотреть туда, где у нас болит. Говорить о том, что у нас болит. Разрешить себе прожить то, что у нас болит. И если «власть», с которой мы в искусстве так часто последнее время сталкиваемся, в помысле увидит цель иметь здоровое поколение, думаю, она будет только поддерживать то честное искусство, какое у нас сегодня есть, будь в нем красота, боль, будет в ней тихо или громко. Ведь сейчас не время судить что истинно, что нет. Мы должны дать себе возможность создать разнообразие. Посмотреть, что мы умеем сегодня создать. Иметь, в кои-то веки, смелость посмотреть на свое лицо без купюр. Поговорить с собой, с такими, какие мы сегодня.

И создать здоровое поле прожитых болей, что-то оставить навсегда позади и забыть, что-то – оставить как часть здоровой жизни каждого из нас. Но пока мы сами не сделаем этот отбор, все эти мелькающие то там то здесь, сливающиеся в одно такие разные слова как «педофилия, гомосексуализм» и просто каждая человеческая боль будет висеть над нами как дамоклов меч, и мы все «как цуцики»* будем продолжать молчать и их бояться. Бояться собственных страхов. А я хочу, чтобы следующее поколение – мои дети – жили без наших травм за спиной. Я хочу успеть проделать эту работу сама. Я хочу чтобы моему поколению дали успеть проделать эту работу.

 

* БГ «Поколение дворников».

 

 

Share on Facebook
Please reload

Мы в соцсетях
  • Facebook Basic Square